1. Введение

В последнее время мы можем наблюдать рост интереса к чтению молодых взрослых, в Телеграм и Вконтакте существуют десятки групп «совместного чтения», а также каналы, посвященные чтению в целом (обсуждение книг, рецензии, ведение книжных дневников). Большая часть подписчиков таких групп (от 70% до 95% — по результату голосования в 13 разных группах на конец 2025 года) являются женщины от 25 до 45 лет, а наряду с обсуждением классической литературы можно отметить интерес к романтическим романам и романтическому фэнтези. А.М. Буровский отмечает, что «женский роман — самый востребованный жанр, уверенно собирающий больше читателей и покупателей, чем детектив, психологическая драма, семейная сага, а тем более чем психологический роман или философские эссе»

[1][8]

М. А. Черняк, изучая жанр современной мелодрамы, отмечает, что создается «своего рода «бытовая поэтика», украшая повседневность и определяя тот идеал (часто весьма примитивный), отсутствие которого остро ощущается в обществе»

[9][9][2]

В свою очередь, жанр «романтическое фэнтези», как современный жанр является по сути «разновидностью любовного романа, соединяя в себе несколько линий популярной массовой литературы: любовный роман, женский детективный роман и фэнтезийный роман»

[4][3]

При этом, как отмечают А.Е. Ларичева с соавторами, «обложка книги является начальным этапом визуализации, заключенной в ней истории, ее рекламой», в связи с чем «оформление каждой серии серьезно обдумывается с учетом того, как действует на потребителя»

[5]

2. Методы и принципы исследования

В рамках настоящего исследования был проведён контент-анализ визуальных репрезентаций мужских персонажей на обложках романтической литературы. Выборка составила 200 изданий, равномерно распределённых между двумя жанрами: романтическое фэнтези (n=100) и современный любовный роман (n=100). Отбор произведений осуществлялся на основе рейтинга популярности электронной библиотеки «Литрес», где алгоритмическая система ранжирования учитывает совокупность количественных показателей (число прочтений) и качественных оценок (пользовательские рейтинги). Для обеспечения репрезентативности выборки и минимизации эффекта дублирования, из анализа были исключены книги, принадлежащие к одной серии, поскольку их обложки часто демонстрируют лишь незначительные вариации базового дизайна.

Предметом анализа выступили ключевые параметры внешнего облика мужских персонажей, визуализированных на обложках: цветовая палитра и длина волос, тип телосложения, а также стилистические особенности одежды и аксессуаров. Количественные результаты анализа по указанным параметрам с разбивкой по жанрам представлены в Таблице 1.

3. Основные результаты

В современном романе 92 мужчины на обложке из 100 имеют темный цвет волос (брюнеты), еще 8 блондинов и светло русых, все с короткими стрижками. В романтическом фэнтези на 100 книг 15 рыжих, 35 блондинов в том числе с пепельно-белыми волосами, и только 50 брюнетов, 61 с длинными (ниже линии плеча), а 39 с короткими волосами. Также можно отметить, что в 73 случаях из 100 герой современного романа представлен с бородой и усами, разной степени выраженности (от 3–4 дневной щетины, до полноценной бороды 3–5 см длиной), в то время как на обложках фэнтези романов все мужские герои гладко выбритые (в 2 случаях, изображен также третий персонаж — в одном случае приведение старца, в другом мудрец, однако в анализе мы не учитывали данных героев). Анализ семиотической функции волос в фэнтези-жанре выявляет сложную амбивалентность их культурного кодирования. В классической фэнтези традиции, длинные волосы у персонажей-«перевёртышей» (например, драконов в человеческом облике) часто маркируют «дикость» и неукротимую природную сущность, символизируя власть звериной ипостаси над цивилизованным началом. Однако в современных фэнтези-репрезентациях наблюдается существенная трансформация этого архетипа: данные персонажи всё чаще визуализируются как представители высшего сословия (герцоги, бароны, принцы), чей статус подчёркивается через атрибуты аристократической культуры — изысканную одежду, ухоженность внешности, регалии власти. Этот семиотический сдвиг создаёт внутреннее противоречие: длинные волосы, изначально кодируемые как маркер «природной дикости», оказываются вписаны в контекст социальной утончённостью и цивилизованностью. Вследствие этого семантического диссонанса, параметр «длина волос» не может быть однозначно интерпретирован как архетипически маскулинный в рамках анализируемого материала.

Дополнительную сложность вносит репрезентация эльфов — магической расы, традиционно ассоциирующейся с фемининными чертами внешности, включая длинные светлые волосы. Однако проанализированные обложки демонстрируют вариативность даже внутри этого канонического образа: в исследуемой выборке встречаются эльфы с длиной волос выше уровня плеч, а в 2 случаях — с короткими стрижками, сочетающимися при этом с атлетическим телосложением. Эта визуальная гетерогенность подрывает устойчивые семиотические связи между длиной волос и концептами «магической силы» или указание на группу «эльфы», указывая на более сложные механизмы конструирования гендерной и расовой идентичности в современном фэнтези. Таким образом, волосы в анализируемых репрезентациях функционируют как поливалентный семиотический ресурс, чьё значение меняется в зависимости от нарративных и визуальных стратегий конкретного произведения и не указывает на расовые различия.

Фигура мужчины-героя в современном любовном романе представлен реалистичным атлетичным телосложением или нормально-худое, но так как большинство изображены в пиджаках — полноценно оценить телосложение проблематично, однако в противовес им герои фэнтези романов изображены в 65% атлетического телосложения, в 30% случаев нереалистично атлетичное телосложение (чрезмерно накаченные руки и грудная клетка, подобная фигура в реальной жизни практически невозможна), только на 5 обложках-фэнтези были изображены мужчины-эльфы, чье телосложение можно описать как стройное и худощавое, а в фигуре присутствуют намеки на мягкость и грацию (что также подчеркивается одеждой из легких, летящих тканей).

Ключевым семиотическим различием выступает также композиционная стратегия представления фигуры. В современном романе рост персонажа часто остаётся неопределённым из-за дистанционных планов или портретных композиций (по пояс), что минимизирует возможность сравнительной оценки масштаба. В фэнтези же доминируют полноростовые изображения, где мужская фигура контрастно сопоставляется с миниатюрной, хрупкой фигурой героини. Эта композиционная дихотомия создаёт эффект визуальной гиперболизации, где маскулинность усиливается не только через внутренние характеристики тела, но и через сравнительные отношения в пространстве изображения.

Таким образом, телесные репрезентации в анализируемых жанрах выполняют различные психологические функции: современный роман предлагает идентификационный реализм, соответствующий социально одобряемым эталонам, тогда как фэнтези создаёт фантазийную гиперболизацию, удовлетворяющую потребность в эскапистском преодолении физических ограничений реальности. Эта жанровая дифференциация отражает более широкий культурный механизм, где различные формы массовой литературы обслуживают различные режимы воображения и визуального потребления маскулинности.

Следует также отметить, что настоящее исследование сознательно ограничивается качественными методами анализа, что обусловлено спецификой объекта исследования и поставленными научными задачами. Поскольку на данном этапе цель исследования заключается в семиотическом анализе визуальных репрезентаций и выявлении культурных кодов, которые опосредуют конструирование маскулинности.

4. Обсуждение

Так, Т.Б. Щепанская, рассматривая «телесный код» в контексте субкультур, выделяет два вектора мужской телесной культуры, такие как «гипермаскулинность» и «унисекс» (символизирующий бесполость)

[10][10][6][7]

5. Заключение

Таким образом, если мужчина на обложке современного любовного романа представлен реалистичным мужчиной с выраженной маскулинностью (короткая стрижка, борода, классический костюм), в то время как на обложках фэнтези романов мужчины представлены разнообразнее и часто с акцентом на андрогинно-маскулинный образ (где гипермаскулинная фигура и строение лица смягчается длинными волосами, отсутствием бороды и усов, а также одеждой с большим количеством декоративных элементов). Такой гендерный разброс может быть обусловлен тем, что современный любовный роман создает максимально реалистичную историю, в которую может поверить читательница (на обложках мужчины, которых мы можем увидеть на улице), в то время как роман фэнтези гиперболизирует все «эталонные» качества идеального мужчины, этот феномен интересен, поскольку в работе И.С. Пентон-Воак, А. Якобсон и Р. Триверс, которые проводили межкультурное (Англия — Япония — Ямайка) исследование представлений об аттрактивном внешнем облике отметили, что женщины выбирают фемининные лица, при выборе партнеров на длительный срок, в то время как для краткосрочных отношений наоборот предпочитают маскулинный тип лица

[11]

The additional file for this article can be found as follows: